— Я понимаю. Но помни, теперь я рядом. И если нужно — помогу…
Она кивнула и слабо улыбнулась в ответ. Ее улыбка была какой-то натянутой и неуверенной, но все же это была улыбка. А это уже было что-то.
— Ладно, — сказала Айя, отстраняясь от меня. — Я поняла тебя. Пойдём? Нам еще травы собирать.
И она, больше не говоря ни слова, снова пошла вперед по тропинке, но теперь шагала чуть увереннее. Я последовал за ней, а Харун, немного отстав, продолжал нести пустую корзину.
Меня, если честно, поразила её быстрая смена настроения. Сначала, мне казалось, что мои слова пришлись ей по вкусу, мол, она получила поддержку, но… затем я понял ещё кое-что, точнее — предположил. Есть большой шанс, что она манипулировала мной. Хотела узнать, как отреагирует навязанный муж на её грусть.
В целом, этот вариант тоже был возможен: жена пыталась прощупать границу дозволенного. Пыталась понять, получит ли она от меня заботу. Для себя я решил: пока она играет по оговорённым правилам — я буду с ней честен.
— Где твой отец? Почему он не живёт в своём доме?
Она недоумённо пожала плечами, посмотрев на меня с удивлением:
— Отец знает, что делает. Может быть, его позвали духи. Может быть, отправился на сбор тувала — сейчас как раз время. Никто не может указывать Говорящему с духами, что и когда ему делать!
Через некоторое время Айя остановилась, принюхиваясь к воздуху.
— Чувствуешь? — спросила она, поворачиваясь ко мне.
— Что чувствую? — не понял я, мотая головой в разные стороны.
— Пахнет куко́й! Он как раз сейчас должна цвести. Ищем!
Куко́й? Это ещё что такое?
Я ещё раз повертел башкой, принюхиваясь и стараясь уловить хоть какой-то намек на этот самый «куко́й». Но ничего такого не ощутил: пахло влагой и прелью, мятой травой и чем-то хвойным, но ничего особенного я не почуял. Мой нос, видимо, был недостаточно натренирован для лесных ароматов.
— Я ничего не чувствую, — признался я, пожимая плечами.
Айя двинулась дальше, внимательно осматривая всё вокруг. Харун, на которого время от времени я оборачивался, покорно следовавший за нами с корзиной, выглядел немного озадаченным. Что такое куко́й, я решил не спрашивать. Пускай это станет сюрпризом.
Чем дальше мы шли, тем гуще становился лес. И я, если честно, начал сомневаться, что жена что-то почуяла. Свет пробивалось сквозь густые кроны неизвестных мне деревьев, рисуя на земле причудливые узоры из света и тени. Я старался уловить хоть какие-то признаки этого загадочного «куко́я», или заметить хоть что-то напоминающее деревья моего мира, но безуспешно.
Через пять минут Айя остановилась у открывшейся небольшой полянки, залитой светом.
— Вот он! — воскликнула она радостно.
То, что предстало перед моими глазами, сложно было назвать красивым цветком. Тем более, что он тупо рос посередине поляны в гордом одиночестве. Это было нечто странное, даже отталкивающее. Высокий, толстый стебель венчал крупный бутон болотного цвета, больше напоминающий перезревшую тыкву, чем изящный цветок. Издалека он казался просто невзрачным, но стоило подойти ближе… Запах! Господи, какой отвратительный запах! Меня чуть не вывернуло наизнанку. Это был густой, удушливый аромат, напоминающий смесь потных носков, гнилой капусты и старой рыбы.
— Ну как тебе? — спросила Айя, с интересом наблюдая за моей реакцией. — То, что нужно для мыла, правда?
Я закашлялся, пытаясь отдышаться и избавиться от мерзкого запаха, застрявшего в ноздрях.
— Это… это ужасно! — выдавил я, скривившись. — Как вообще можно использовать это в мыле? Кто захочет мыться чем-то, что пахнет как помойка?
Айя нахмурилась, словно я оскорбил ее личного питомца.
— Ты ничего не понимаешь! — возразила она, уперев руки в боки. — Это не просто куко́й, это — магический куко́й! Мой отец использует его для… ну, в общем, для важных вещей. Для ритуалов, понимаешь?
Она запнулась, покраснев. Видимо, распространяться о секретах отцовской «магии» ей не хотелось. Ну а я… с трудом, подавил в себе желание съязвить. Какая там магия-хренагия… всё это бред бредовый!
— Ритуалы, говоришь? — скептически протянул я, стараясь не дышать слишком глубоко. Аромат «магического куко́я» отнюдь не способствовал углублению в эзотерические познания. — И что, без этой вони никак нельзя обойтись? Может, есть что-то… ну, более приятное для обоняния? Или тут все цветы так пахнут?
Айя вздохнула.
— Не все, но эта трава очищает душу!
А, вот оно что! Настолько буквально решила подойти к моему вопросу? Ну не… спасибо.
— Пошли искать что-нибудь другое. Может, тут есть фиалки? Или, на худой конец, ландыши?
Айя с сомнением посмотрела на куко́й, будто прощалась с давним другом. Потом махнула рукой. Мы углубились в лес, оставив поле с отвратительным кукоем позади. Харун, кажется, как и я — облегченно вздохнул и ускорил шаг.
По мере того, как мы шли, Айя начала рассказывать о растениях, которые попадались нам на пути. Я тыкал пальцем в незнакомые кусты и деревья, а она терпеливо отвечала на мои вопросы. Оказалось, что мир вокруг полон диковинных существ и удивительных растений.
— А это что за дерево, с красными листьями? — спросил я, указав на высокое дерево с густой зелёной кроной и ярко-алыми цветами, похожими на языки пламени.
— О, это огнелист! — ответила Айя. — Его листья согревают! Если их растереть и приложить к больному месту, боль утихнет. Только осторожно, они очень горячие, можно обжечься.
Вот это да! Живой согревающий компресс, да еще и природный. А я-то, городской житель, привык к аптекам и таблеткам. Тут же, казалось, все необходимое для выживания растет прямо под ногами. Но мой скептицизм сработал сам собой. Я приблизился к дереву, принюхался, и уловил очень знакомые нотки — борщевик! Офигеть!
Я опасливо покосился на цветы, подумав, что стоит относиться к знаниям шамана с особой аккуратностью. Даже на Земле есть продукты, способные убить практически любого, кроме какой-то малой народности. За века эта народность выработала в собственном организме переносимость трупного яда. Здесь вполне можно нарваться на лекарства, которое лечит местных, а мне поможет скоренько переселиться на тот свет.
Прежде, чем сорвать травинку или лист, я спрашивал о растении у Айи, и только потом мял в пальцах и нюхал. Надо сказать, что знания местной флоры у моей супруги были потрясающими, но ароматные растения я предпочитал отбирать сам. Жена только через некоторое время поняла, что