В сознание приходить было тяжко и больно. Веки потяжелели настолько, что открыть удалось только с пятой попытки. Головой не рискнул крутить, и так гудит и ноет.
– Кажись очухался!
– Ну повезло тебе, значит! Я думал ты его убил.
– Да этот, падла, выбесил! – раздался звук удара по чему-то мягкому, – столько лет с парнями. У Вадика сын в прошлом месяце родился, хотел по-лёгкому денег срубить на пеленки и подгузники. Серый…
– Хватит ностальгировать, давай, обрабатываем этого и сваливаем. И так столько времени потеряли.
Меня резко дёрнули, и мир снова погрузился во тьму.
Во второй раз пришёл в себя быстрее. Способствовал этому открытый бутылёк с нашатырем и удар по щеке. Даже глаза наконец открылись, и удалось рассмотреть потолок и какую-то морду в балаклаве.
– Что-то он совсем расклеился… всё ж по ходу перестарался я с ним…
– Няними… – попробовал я спросить, кто они и что хотят, но язык совсем не слушался, – тятюняни?
– Так мы с ним ещё кучу времени потеряем. Вколи ему свою бодягу!
– Да она стоит знаешь сколько?!
– Поговорю с майором, оплатят. Мешай и коли.
Несколько минут меня не трогали, только чем-то шуршали. Потом закатали рукав и без какой-либо дезинфекции воткнули шприц в руку. Лава прошлась по вене, и мне мгновенно заткнули рот, не давая крику вырваться, а через несколько секунд отпустило. Совсем. Пропала боль и в голове, и в щеке, и внутри. Мозг нормально заработал, и я даже вспомнил, как увидел бегущую к фургонам тварь наподобие чужого. Однако у меня внезапно сработал аварийный выход и заблокировались сообщения. А едва открылась крышка капсулы, как я и получил удар кулаком, вырубивший меня на несколько часов.
Меня резко подняли и усадили на стул. Руки замотаны скотчем перед собой, ноги тоже. Я огляделся. Два мужика, одетых как спецназ, в балаклавах, в руках короткие автоматы, с толстыми трубками глушителей на стволах. На полу, в крови, лежат еще двое таких же. И один в коридоре. Следы волочения… О, и за диваном два тела. А посреди комнаты лежит Юрий Саныч. Мертвый. Три рваных и окровавленных дыры на груди и одна во лбу.
– Да-да, недооценили мы его. – сказал ближайший мужик, внимательно наблюдавший за мной, – теперь от тебя зависит: будешь жить или нет.
– Всё равно убьете… – проговорил я. Язык слушался, только казался онемевшим, и во рту стоял металлический привкус.
– Да нахрен ты нам сдался. Лиц не видел, если всё скажешь – уйдём. Ну а распутываться уже сам будешь, – добродушно подхватил второй, – от тебя всего-то и надо, чтобы сказал, где то, что скопировал у Корпорации.
В то, что не убьют – ни капли не поверил. Грохнут сразу, как только удостоверятся, что больше нет копий. Странно, я так спокойно рассуждаю о своей смерти. Страха вообще нет. Что мне такое вкололи?
– Ну так что? – Не выдержал паузы тот, что ближе, – сотрудничаешь, или будем заниматься членовредительством?
Пытки я не выдержу, и точно все расскажу. Лучше потянуть время. Нужно выбраться к людям. При свидетелях меньше вероятность, что будут убивать.
– Точно не убьёте? – изображаю, что трясусь от страха, хотя вообще никаких эмоций не было. Необычайно кристальный ум – так легко думается. И вспоминается. Даже сходу пару фильмов вспомнил, где герои в таком же положении были.
– Да точно, точно! Мы бы и этого не убили, если бы он стрелять не начал. Рэмбо хренов!
– Файлы в облаке. – Трясясь торопливо выбалтываю, чтобы поверили, что страшно напуган, – Доступ только с моего ноута, что у меня на квартире, где я жил до бегства. Активация – голосом и сетчаткой глаза.
– А ты не п…? Для чего такие сложности?
– Вообще без понятия, ноут рабочий, такой выдали!
Мужики переглянулись, и дальний спросил ближайшего.
– А где он жил?
– Квартира Корпорации. На Тенистой. Я знаю, где это. Я еду?
– Погоди. Не нравится мне, что он нас туда посылает. – Потом повернулся ко мне и спросил, – а тебе не любой комп корпорации подойдет для этого дела?
– Любой. Но тогда мне нужен мой СКЗИ. Это такая коробочка, что подключается к ноуту. Без него в облако не войти.
Боевики отошли в сторону и принялись совещаться. Я же потратил это время, чтобы зацепить скотч на ногах за торчащую на ножке стула щепку. Попробую надорвать: если получится – то клейкая лента легко порвется… Ну, я так думаю…
Между тем один принялся кому-то звонить и объяснять ситуацию. Плохо, что второй вернулся ко мне.
– Велели ждать, отправили к нам ещё группу. Как приедут – позвонят, организуют выход и машину.
– Ну, ждём тогда. Дай-ка я ему рот заклею, а то мало ли что…
– Воды бы…
***
После того, как основная опасность пропала, вокруг стало много мелкой, суетливой возни, требующей моего внимания сразу в нескольких местах одновременно. Что дико раздражало. Мне нужно было время перетрясти ключевые позиции трофеев, требовалось подготовить планы для походов. Ну хоть викинг наконец в игру зашел.
Переключаюсь на дракончика, что находился над тюрьмой клана “Северных Драконов”, и направляю его к игроку, что увел туда свою армию. Он, едва заметив дракончика, замер и внимательно стал следить за его полетом. Приземляю и начинаю выводить свой ник в пыли. Мужчина после первых трех букв понял, что я делаю, и просто пальцем написал номер своего телефона.
– Алло, меня зовут Горхэстиэль, я лидер клана… в общем клана, – представляюсь, едва с той стороны взяли трубку, – Судя по тому, что вы освободили игроков и до сих пор защищаете их, нам есть о чем поговорить.
– Визгард, – басом ответили с той стороны, – я увидел, что ваш питомец летит с маяком для портала, и понял, что рано или поздно придёте за пленными, оставалось только продержаться.
– Это вы отправили предупреждение?
– Да! И очень рад, что вы поняли его. Я не мог сделать