Выжившие сосредоточенно кивали. Возражений не было.
– Значит, нам придётся бросить «Императрицу Эгелию» и воспользоваться подводной лодкой. Тут есть две проблемы. Первая: подводная лодка – сложный аппарат со специфическим управлением. К счастью, я побывала в Элитарной Навигацкой Академии под Стрейтс-Стетемом, читала научные работы и документацию и обладаю некоторыми познаниями в работе подводных лодок. По крайней мере, знаю, что нужно делать, чтобы её взорвать… – Агния дождалась, пока смешки стихнут, – а значит, и управлять могу попробовать. Заполнить пробелы нам поможет заложник из числа пиратов. Уверена: когда мы отделим одного от своих товарищей и скрутим ему руки верёвкой, он станет сама сговорчивость.
Но есть и вторая проблема. Она куда серьёзнее.
Подводные лодки ходят на электродвигателях. Паровой котёл просто высосет весь кислород у субмы за несколько минут. Электродвигатель работает на батареях с низким энергетическим запасом. Вон они, под потолком – видите? Что это означает? Больше чем на семь-десять морских миль не ходит ни одна субма. У нас нет достаточного количества топлива для марш-броска к континенту.
– Можно вопрос? – робко вытянул руку юнга. – Откуда они тогда здесь взялись? В сердце океана.
– Очевидно, где-то поблизости находится пиратский остров, – фыркнула Агния. – И наша задача – найти его и, уже на нём, искать пути в Империю. Других вариантов просто нет.
Слушатели заволновались. Ромашка отобрала у младенца бутылочку и воскликнула:
– Нам опять плыть к таким же страшным людям, как эти были? Они ведь нас убьют!
– Без паники! – повысила голос Агния. – Так. Плыть на остров пиратов всё равно придётся, хочется нам или нет. Другое дело – сможем ли мы с тамошним населением договориться? Мне хочется верить, что сможем, я очень сомневаюсь в нашей способности взять штурмом целый пиратский остров. – Она прервала речь и вдруг обратилась лично к Ромашке: – Я слышала, как ты говорила со своим малышом. Хочешь, чтобы вернулась спокойная жизнь, да?
– Д… да, – покраснела служанка. – Я сказала что-то плохое?
– Нет, – вздохнула Агния. – Но спокойной жизни недостаточно желать. Её нужно обустроить, защитить… По-моему, мы с вами так стараемся отыскать способ попасть в Империю, что забываем задаться более важным вопросом. А зачем нам в Империю, братцы?
Небольшие размеры самодельной трибуны не помешали Агнии в порыве вдохновения начать расхаживать по ней из угла в угол, излагая мысль, родившуюся в ночных мучениях.
– Кем мы там станем? В суровой, чужой стране, без родных, без знакомых. Разве будет у нас возможность вырваться из нищеты, обрести столь желанную спокойную жизнь. А самое главное, если даже повезёт и мы её как-нибудь обретём, – девушка повысила голос, заставив эхо отражаться от стен, – где гарантии, что у нас всё не отнимут, как уже однажды отняли?
– Но разве у нас есть выбор? – сварливо выкрикнул рабочий. – Домой здесь половине состава путь закрыт. У Драгоценных Лиц хорошая память!
– Мы можем примкнуть к Морскому Братству и сами стать пиратами.
Она спокойно вытерпела первую вспышку негодования. Спокойно встретила возмущённый взгляд Джона Септина, который знаками подсказал остальным успокоиться и ядовито поинтересовался:
– Ты что, всерьёз предлагаешь нам жить бок о бок с такими людьми, как Рыжая Борода Сэфф и Компания?
– Друзья! Да вы что же, не поняли? – Агния умоляюще вытянула руки. – Вы не поняли, что мы только что сделали? Мы – кучка простых беженцев – захватили подлодку! Мы победили! Злые люди хотели избить нас, изнасиловать, запереть и продать в рабство, а мы дали им сдачи и самих отправили под замок! Хоть кто-то из вас хотя бы раз в жизни мог нечто подобное? Верил хоть, что ему такое под силу? Лессинг! – Морячка даже качнулась на краю короба, устремив указующий палец на «лорда»: – У тебя отняли завод. Ты смог дать этим людям сдачи? А ты, Филиус Рэнгтон? Тебе удалось дать сдачи тем, кто лишил тебя квартир и денег? Тебе, Хъюго, убийцам, спалившим заживо в доме целую семью? Тебе, мистер Астли, налоговой, решившей содрать с беззащитного гражданина последнюю шкуру? Ромашку превратили в живую игрушку, инспектора Брома подставили, наплевав на долгие годы беспорочной службы. И никто, никто ничего не смог сделать! А сегодня – смогли!
Грэхем впоследствии рассказывал, что в эти мгновения она была похожа на гигантского, хищного нетопыря, размахивающего крыльями над загипнотизированной толпой.
– А знаете, почему мы смогли победить только здесь и сейчас? Потому что их мало! Пиратов! А в цивилизованном Содружестве Свободных Городов пиратов – много! Попробовали бы мы так дружно сразиться с ними на материке. Ха! Да нас раздавили бы полицией, армией, флотом в конце концов. Подлодка. Да у них десятки, если не сотни крейсеров и линкоров, способных оставить от нашей подлодки мокрое место. Но даже великий, ужасный Соединённый Флот остерегается входить в пиратские воды… И вы всерьёз хотите вернуться в эту дьявольскую ловушку? Позволить сделать себя рабами слепой, безликой силы?
Ей не нужна была трибуна.
Она соскочила на землю, шагнула навстречу своему экипажу, прижав руки к сердцу.
– Друзья! Мы не беженцы, не рабы, не грязь между ботинок. Мы славные, разные, умные, сильные люди! Нам не нужна вонючая Империя над головой, чтоб обустраивать собственную жизнь. Мы уже захватили подлодку. И мы не бросим её, не разойдёмся по Империи, не сопьёмся! Нет, мы отправимся к пиратам, покажем им подлодку, покажем им острые сабли, покажем голову Рыжего Сэффа и скажем: «Наш экипаж – славные, разные, умные, сильные люди. Он хочет жить нормально и больше не позволит всякой сволочи себя давить». И знаете, что? Думаю, пиратам это понравится! А что до господ… Пусть наслаждаются своими армиями и флотами! Пускай упиваются властью над обоими континентами! Мы возьмём себе море!
Первая после Бога
Рокочущий гребень, способный накрыть с головой целого ребёнка, перехлестнул через корпус субмы и понёсся дальше, фырча и разбрасываясь брызгами. Одинокая, бродячая волна – такие в спокойную погоду способны перемещаться на мили, прежде чем их что-нибудь разрушит. После себя волна оставила нескольких змеиных рачков – диковинных морских гадов, напоминавших помесь мурены и лангуста, вернее, мурену, которая нацепила на себя панцирь лангуста задом наперёд и неведомым образом научилась управлять его конечностями. Почувствовав твёрдую поверхность, рачки выпустили лапки и забегали в поисках воды.
Новопровозглашённая капитан пиратской подводной лодки Агния Синимия поднесла револьвер к уцелевшему глазу. Монстр Сэффа оказался для неё слишком тяжёл, и она подыскала себе среди арсенала другой – необычный, гладкий, восточанской модели, с закрытым барабаном. Впрочем, принцип работы