— Ты знаешь, Арна, — с удивлением сказал я, — а ведь я действительно стал видеть гораздо лучше.
— А чему ты удивляешься? — отозвалась она. — Так и должно быть. У тебя появилась энергия для улучшения, и есть хороший дар, чтобы её усвоить. Или ты мне не поверил, когда я тебе это рассказывала?
— Я тебе поверил, конечно. Просто есть разница между верой в чужие слова и тем, что видишь сам.
Арна иронически хмыкнула, но развивать тему не стала.
— Ты только не рассчитывай, что и дальше так будет, — серьёзно сказала она. — Твой прогресс просто кажется огромным, потому что по сравнению с нулём любой прогресс будет огромным. Чем дальше, тем больше труда и времени требуется, и в конце концов приходится выбирать, на чём сосредоточить усилия, — она задумалась. — Хотя к тебе это, наверное, не относится.
— Почему не относится? — сразу же спросил я.
— Ну я ведь тебе уже сколько раз говорила, — по её тону было похоже, что она закатила глаза от моей тупости. — Это зависит от дара. Чем выше дар, тем быстрее идёт развитие.
— Да, я вспомнил, — я почувствовал себя неловко. — Просто мне вся эта магия ещё не очень привычна.
— У вас же там есть магики. Я точно помню, что ты это говорил.
— Можно подумать, что они у нас по дворам ходят и фокусы показывают, — фыркнул я. — Нормальный человек с магиками вообще никогда не встречается. У них своя жизнь, у народа своя.
— Ну, привыкай тогда, — хмыкнула она. — В общем, слабый одарённый может до конца жизни развивать какую-то одну область — силу, или скорость, или, скажем, какую-то сопротивляемость, — и всё равно не достигнуть потолка. А вот я, например, уже практически достигла предела развития во всём, — она осеклась и поправилась. — Не во всём, конечно, кое-что само по себе плохо развивается.
— То есть от охоты ты уже ничего не можешь получить?
— Практически ничего, — подтвердила она. — Охота даёт мне сейчас настолько мало, что уже потеряла для меня всяческий смысл. Развиваться дальше получится только через магию. Разве что попробовать убить что-нибудь крупное, вроде той большой змеи, — она ненадолго задумалась. — Но с ней обычным копьём не справиться, ты же сам её видел. Вот когда стану сильной магичкой, тогда и можно будет проверить, получу я с неё что-нибудь или нет.
Это точно, я сам ту змею видел, и больше видеть не хочу — у меня тошнота подкатывает к горлу от одного только воспоминания. Не знаю, зачем Арна хочет что-то проверять, лично я проверять ничего не собираюсь, и вообще предпочитаю держаться от таких тварей подальше. Высказывать это я, естественно, не стал — в нашей команде я и так слабейший, не стоит уничтожать свою репутацию окончательно.
Разговор естественным образом увял, и дальше мы шли молча. До следующей змеи мы дошли минут за пять, и с ней у меня возникла проблема. Когда я подошёл к ней почти вплотную, то понял, что она каким-то образом повисла где-то на потолке и готовилась упасть сверху. Я совсем не был уверен, что смогу правильно отреагировать на падающую на голову змею — если при нормальном свете ещё можно было увидеть её вовремя и как-то уклониться, то почти в полной темноте я бы наверняка разглядел её слишком поздно.
— Долго будешь стоять? — насмешливо спросила Арна.
Я здорово разозлился. Из-за какой-то мерзкой чешуйчатой твари я вынужден стоять здесь и выглядеть в глазах девушки трусливым слабаком. Я уже было шагнул вперёд — в конце концов, Арна же говорила, что у неё есть антидот, — но перед тем, как сделать шаг, инстинктивно направил свою злость на невидимую мне змею. И вдруг совершенно неожиданно она с раздражённым шипением упала вниз. Оказалось, что она была гораздо ближе, чем я думал — ещё пара шагов, и я оказался бы прямо под ней. Я всё же успел среагировать вовремя и разрубил её пополам ещё до того, как она коснулась земли.
— Неплохо, Артём, — с уважением сказала Арна. — Как ты заставил её упасть?
— Сам не знаю, — честно ответил я. — Сильно разозлился на неё.
— То есть ты можешь не только чувствовать других, но и передавать свои чувства?
— Насчёт «можешь» слишком оптимистически сказано, — недовольно проворчал я. — Вроде как-то получается у меня изредка, но я на это влиять практически не могу.
— Научишься, — пообещала Арна. — Главное, что можешь, а умение обязательно придёт. Если хочешь, можешь на мне тренироваться.
Как ещё тренироваться? Я откровенно завис. Передавать ей злость и прочие отрицательные чувства совсем ни к чему, а что тогда передавать? Если положительные вроде любования и восхищения, то чем это кончится? Так-то это выглядит неплохим способом охмурения девушек, вот только на Арне его пробовать наверняка не стоит. Она мне, конечно, нравится, но я пока не готов переводить наши отношения в горизонтальные, да и она этого явно не жаждет. Арна определённо не относится к тем простым девчонкам, с которыми можно переспать безо всяких сложностей и обязательств. Да и вообще расстаться с ней может быть не так просто — мне кажется, она предпочтёт стать вдовой, а не разведёнкой, и, кстати говоря, это у неё легко получится. Ну, я здесь, возможно, немного преувеличил, но всё же начинать с ней что-то можно только с серьёзным настроем на серьёзные отношения, а у меня с этим пока неясно. И на сторону ходить мне тоже не стоит, я совершенно точно чувствую, что ей это сильно не понравится. В общем, не очень правильная у меня ситуация в личном плане, но пока непонятно, что с этим можно сделать.
Следующая змея пряталась в нише и никакого затруднения для меня не составила. Видел я уже гораздо лучше — скорее всё же не видел, а угадывал всё по неясным очертаниям, но угадывал вполне уверенно. Дальше змеи пошли ещё чаще — похоже, этот участок давно не чистили. После второго десятка я настолько приноровился, что