– Некрасивая, – с нажимом повторил Виктор Михайлович. – Неприятная. Обидел я ее сильно, она и ушла. А я… Ищу ее теперь. Я же вам только что говорил, что без Музы писать не могу. А когда я писать не могу, то… Неважно. Просто всё плохо.
– Слушайте! – Петю вдруг посетила блестящая, как ему показалось, идея. – А это мысль! Скажите, а когда Муза к вам вернется, что вы будете делать?
– Как что?! – Писатель аж подпрыгнул. – Я же писатель, я буду писать! Свои книжки! Вы даже не представляете, сколько всего интересного я тут узнал, сколько всего увидел и услышал! Я тут со всеми познакомился, разговаривал. Знаете, какие истории можно сочинить про… про?.. Да про всех!
– Догадываемся. – Петя покосился на запертую дверь кабинета. Показалось или нет? – А вот эти все пленники… – Мальчик старался максимально тщательно подбирать слова. – Они после этого будут вам не нужны?
– Да они мне и сейчас не особенно нужны, – вздохнул Виктор Михайлович.
– А вы с царем в хороших отношениях? – вкрадчиво спросил Волк. Он понял, к чему клонит Петя. Писатель это тоже понял.
– Мы с царем в отличных отношениях, пленники мне не нужны. Хорошо, я согласен!
– На что? – Петя не ожидал такого быстрого успеха.
– Давайте заключим сделку: вы с Волком находите мою Музу, а я за это уговорю царя отпустить всех пленников. Согласны?
– Нет!
Это сказали не Петя с Волком.
В кабинет влетел лохматый рыжеволосый вихрь в красном сарафане. При очень большом желании в вихре можно было узнать красу и гордость Тридевятого царства, единственную дочь царя Ерофея Четвертого. Впрочем, именно сейчас царевна выглядела так, что впору было заподозрить царскую семью в родственных связях с кикиморами.
– Опять подслушивала, – вздохнул писатель.
– Имею право! – рявкнула царевна. – А вот ты, колдун, – она обличающе ткнула пальцем в мужчину, – по какому праву здесь распоряжаешься?! Ты кто такой?! Я папе скажу!
– О! – обрадовался Виктор Михайлович. – А я как раз к нему собирался! Пойдем вместе?
Этого дочка царя никак не ожидала. По ее мнению, увидев грозную царевну, мужчина должен был сразу же устрашиться и пойти на попятную. А он… да как он!..
– Да я тебя! Да я тебя! Папа! – завопила девчонка и затопала ногами. – Стража! Все сюда! Меня обижают!
По коридору протопали кованые сапоги стражников. Правда, бравые воины отнюдь не стремились поскорее исполнить желание царской дочки – к ее истерикам давно все привыкли. В дверную щель осторожно просунулась бородатая голова в шлеме. Ее обладатель присмотрелся, оценил обстановку и предпочел оставаться в коридоре. Через мгновение дверь распахнулась во всю ширь, и на волне гнева и беспокойства в кабинет ввалилась толстенькая и кругленькая нянька.
– Деточка! Что… что такое? Они тебя обижали?! Ах, ироды проклятущие, тьфу на них! Как только рука поднялась нашу красавицу до слез довести? – запричитала нянька. Царевна завопила еще громче. Волк рефлекторно прижал уши. Петя пожалел, что так не умеет, – откровенно притворный девчоночий визг вонзался в мозг и мешал сосредоточиться.
В кабинет неторопливо вошел сам царь. Устало поглядел на любимое детище, вздохнул. Наклонился к самому уху писателя и проорал:
– Что случилось?!
– Ваше величество, – прокричал в ответ писатель. – Поговорить надо! Наедине!
– Пойдем! – Мужчины вышли.
– Чего ты орешь? – Петя воспользовался паузой, пока царевна набирала побольше воздуха.
Девочка не ожидала такого вопроса и ответила почти нормальным голосом:
– А чего он?
– Отличный аргумент, – хмыкнул мальчик.
– Ты как с царевной разговариваешь, охальник?! – возмутилась нянька.
– Подождите, пожалуйста. – Петя был предельно вежлив. – Так что случилось-то, можешь нормально объяснить? Без крика, – предупредил мальчик, видя, что царевна опять пытается начать слезоразлив. – Ты когда так вопишь, совсем ничего не понятно. Зачем тебе все эти пленники? Тебе заняться нечем?
– Нечем, – шмыгнула носом царевна. – Я же царевна. Мне положено вот так… ну, капризничать, что-то требовать. А как иначе?
– Кто тебе сказал такую глупость? – удивился Волк.
– А что мне еще делать? – Царевна поправила корону. – Мне скучно, понимаете? Так скучно, что просто… Сил нету.
– Учиться не пробовала?
– Скучно!
– Книжки читать?
– Скучно!
– В компьютер поиграй! А, у вас его еще не изобрели… Тогда яблочко по блюдечку посмотри… В гости сходи к кому-нибудь. Да хоть к Бабе-яге, она столько всего знает! Путешествуй. Рисуй. Не знаю, что еще. Вон, няньке своей помоги по хозяйству…
– Мне не по чину!
– А орать вот так по чину? – вклинился Волк. – Это же позор на всё царство-государство! Что же тут за царь такой, если он единственную дочку воспитать не смог?!
– Шить, вышивать, – продолжал перечислять Петя все известные ему хобби. – Картины писать. Путешествовать. Собирать гербарии…
– А это как? – заинтересовалась царевна.
– Потом расскажу! Изучать… флору и фауну родного края. О! Лепить из глины. Выжигать по дереву. Плести макраме. В конце концов, если тебе скучно, сделай хоть что-нибудь!
– Петя! – Волк дернул мальчика за рукав, пытаясь привлечь его внимание. Но Петя его уже не слышал.
– Заняться танцами! Плести из бисера! Разводить цветы! Петь! Научиться играть на балалайке!
– Петя! – снова рявкнул Волк, и мальчик замолчал. Царевна и нянька смотрели на него одинаково круглыми глазами. Видимо, капризной девчонке даже в голову не приходило, сколько есть интересных занятий. Не менее ошеломленным выглядел царь. На долю секунды Петя даже испугался, как бы государя не хватил удар, но нет, Ерофей Четвертый был опытным государственным деятелем, а значит, привык ничему не удивляться. Даже тому, что какой-то мальчишка из другого мира орет на его единственную дочку, а та только глазами хлопает.
– Мы вам не помешали? – ядовито уточнил писатель.
– Нет, – отрезал Петя. – Мы закончили.
– Очень рад. – Царь вспомнил, что он тут вообще-то главный, приосанился и заявил: – Я решил удовлетворить просьбу моего ближайшего советника. Все пленники будут свободны сей же час! И ты, Волк, тоже!
Но не успели Петя и Волк обрадоваться, а царевна – протестующе взвыть, царь продолжил:
– Однако, если через три дня и три ночи ты, мальчик, и ты, Волк, не найдете советнику искомую Музу, всё станет как прежде! Вам ясно?
– Он сможет снова тебя похитить? – уточнил Петя, кивая на царя.
– Сможет, – вздохнул Волк. – Я тебе потом всё объясню. Мы согласны, да, Петя?
– Согласны! Мы пошли?
Царь милостиво кивнул, и Петя с Волком нырнули в шкаф. Мало ли, а то сейчас как передумает. Раздалось «пфффф!», пахнуло грозой.
Царевна подскочила и рывком распахнула дверцы. В шкафу на плечиках покачивались черный фрак, пиджак, косоворотка и бобровая шуба. Больше там никого не было.