225
В полной опасностей жизни охотничьих народов есть какая-то непреодолимая привлекательность, она захватывает сердце человека и увлекает его вопреки внушениям разума и опыта. В этой истине можно убедиться, прочитав записки Таннера.
Таннер – европеец, который в шесть лет был похищен индейцами и в течение тридцати лет оставался с ними в лесу. Невозможно ничего видеть страшнее описываемых им бедствий. Он рассказывает, как племена без вождей, семьи, не принадлежащие ни к какому народу, отдельные люди, представляющие изуродованные остатки могущественных племен, бродят посреди льдов и печальных пустынь Канады. Их преследуют холод и голод, и каждый день жизнь готова покинуть их. Нравы у них потеряли свою власть и предания не имеют силы. Люди впадают все в большее варварство. Таннер разделяет с ними все эти бедствия, он знает о своем европейском происхождении, его не удерживают силой вдали от белых, напротив, ежегодно он приходит к ним для меновой торговли, бывает в их домах, видит их благосостояние. Он знает, что когда захочет вернуться в среду цивилизованной жизни, то легко может это сделать, – и тридцать лет остается в пустынях. Когда он наконец возвращается в цивилизованное общество, то признается, что жизнь, бедствия которой он описывал, имеет для него тайную прелесть, не поддающуюся определению. Покинув ее, он постоянно возвращается к ней и лишь с величайшим сожалением отрывается от всех этих зол; когда наконец он поселяется у белых, то многие из его детей отказываются разделять с ним его спокойствие и довольство.
Я сам встретил Таннера на устье Верхнего озера. Мне показалось, что он все-таки больше похож на дикаря, чем на цивилизованного человека.
В сочинении Таннера нет ни порядка, ни вкуса, но автор, сам того не зная, представляет в нем живую картину предрассудков, страстей, пороков и особенно бедствий тех, с кем он жил.
Г. виконт Эрнест де Блосевиль, автор прекрасного сочинения об английских колониях ссыльных, перевел записки Таннера. Г. де Блосевиль присоединил к своему переводу очень интересные примечания, дающие возможность читателю сравнить старинные и новые наблюдения.
Все желающие познакомиться с настоящим положением и предвидеть будущую судьбу североамериканских индейских рас должны сверяться с сочинением г. де Блосевиля.
226
Это истребительное влияние, оказываемое очень цивилизованными народами на народы низшей цивилизации, замечается даже европейцами.
Столетие назад французы основали посреди пустыни город Венсенн на Вабаше. Они жили в нем в большом довольстве до прибытия американских эмигрантов. Последние тотчас начали разорять старинных жителей своей конкуренцией, затем они по дешевым ценам купили у них их земли. В то время, когда г. Волней, у которого я заимствую эти подробности, проезжал через Венсен, число французов в нем уменьшилось до сотни, из которых большая часть собиралась перебраться в Луизиану или Канаду. Эти французы были честные люди, но необразованные и непромышленные; они отчасти усвоили дикие привычки. Американцы, которые были, может, ниже их в нравственном отношении, имели над ними огромное умственное преимущество: они были искусны, сведущи, богаты и привычны к самоуправлению.
Я сам видел в Канаде, где умственное различие между расами гораздо менее резко, как англичанин, захватив в свои руки торговлю и промышленность в стране канадца, распространил деятельность во все стороны и заключал француза в слишком тесные для него границы.
В Луизиане тоже почти вся торговля и промышленность сосредоточивается в руках англо-американцев.
Нечто еще более поразительное происходит в провинции Техас. Штат Техас составляет, как известно, часть Мексики и служит ей границей со стороны Соединенных Штатов. В течение нескольких последних лет англо-американцы проникают поодиночке в эту провинцию, еще малонаселенную, покупают в ней земли, забирают в свои руки промышленность и быстро замещают собой местное население. Можно предвидеть, что если Мексика не поспешит остановить этого движения, то Техас скоро ускользнет из ее владения.
Если некоторые, сравнительно малозаметные различия в европейской цивилизации приводят к подобным результатам, то легко понять, что должно произойти, когда самая усовершенствованная европейская цивилизация приходит в соприкосновение с индейским варварством.
227
См. в законодательных документах 21-го конгресса, № 89 о всякого рода насилиях, совершенных белым населением на территории индейцев. Иногда англо-американцы занимают часть этой территории, словно не было земли в других местах, и войскам конгресса приходится их выгонять; порой они захватывают скот, жгут дома, обирают плоды туземцев или совершают насилия над их личностью.
Из всех этих документов получается доказательство того, что туземцы ежедневно делаются жертвами злоупотребления силой. Союз обычно имеет между индейцами агента, которому и поручает быть его представителем. Отчет агента широкеев находится в числе документов, на какие я ссылаюсь. Мнение, выражаемое этим чиновником, почти всегда приятно дикарям. «Вторжение белых на землю широкеев, – говорит он на стр. 12, – будет причиной гибели ее обитателей, живущих там бедно и безобидно». Далее мы видим, что штат Джорджия, желая сузить границы широкеев, производит размежевание; союзный агент замечает, что поскольку размежевание делается только белыми, а не с обеих сторон, то оно не имеет никакого значения.
228
В 1829 г. штат Алабама разделяет территорию криков на округа и подчиняет индейское население европейским чиновникам.
В 1830 г. штат Миссисипи приравнивает шоктавов и шиказавов к белым и объявляет, что те из них, кто примет звание вождя, будут наказаны штрафом в 1000 долларов и заключением в тюрьму на год.
Когда штат Миссисипи распространил таким образом свои законы на индейцев-шоктавов, живших в его пределах, то они созвали сход, и их вождь сообщил им о притязаниях белых и прочитал некоторые из законов, какими хотели их подчинить; дикари единогласно заявили, что лучше было снова уйти в пустыню. (Missisipi papers.)
229
В 1818 году конгресс издал распоряжение, чтобы территория Арканзаса была осмотрена американскими комиссарами, в сопровождении депутации от криков, шоктавов и шиказавов. Этой экспедицией руководили гг. Кеннерли, Маккой, Уаш Гуд и Джон Белл. См. различные отчеты комиссаров и их дневник, в документах конгресса №87. House of. Representatives.
230