Ее глаза были красны от слёз, и она часто отворачивалась, чтобы другие гости не заметили ее отчаяния. Она не осмелилась подойти ко мне, и мне пришлось сделать это самой.
— Простите, миледи, — прошептала она, — я, наверно, не должна была…
— Всё в порядке, мисс Вилсон, — сказала я. — Надеюсь, вас не затруднит приехать сюда еще раз? Скажем, завтра после обеда? Мне нужно вам кое-что отдать.
Она удивленно посмотрела на меня, но кивнула.
А когда она удалилась, ко мне подошел гость, которого я не заметила сразу.
— Простите, миледи, я прибыл в Таунбридж только сейчас и не успел ни в церковь, ни на погребение. Я выехал из Сенфорда сразу же, как только узнал о кончине вашего супруга, но дорога заняла несколько больше времени, чем я ожидал.
Взгляд герцога Шекли был торжественен и печален.
— Благодарю вас, ваша светлость, что вы проделали такой путь, дабы нас поддержать, — совершенно искренне сказала я. — И прошу вас, не беспокойтесь — все обязательства, которые от имени фабрики брал на себя лорд Ларкинс, остаются в силе.
Он чуть нахмурился:
— Неужели вы могли подумать, миледи, что я приехал сюда из-за этого?
Он холодно поклонился и отошел в сторону. Я поняла, что обидела его, но исправить это сейчас было уже невозможно, потому что ко мне то и дело подходили люди, и возобновить свой разговор с Шекли я так и не смогла.
Глава 41
Когда на следующее утро после завтрака я велела подать экипаж, чтобы ехать на фабрику, Бэрримор позволил себе выразить сдержанное неодобрение.
— Полагаю, ваша светлость, вам следует сегодня остаться дома.
Да, наверно, правила требовали именно этого — чтобы вдова предавалась унынию вдали ото всех. И настоящая леди Алиса именно так бы и поступила. Но я ею не была.
И я почти не знала Бенджамина Ларкинса, чтобы печалиться из-за его гибели. И поскольку он не сделал ничего, чтобы заслужить мое уважение и, напротив, делал всё, чтобы его лишиться, я не считала себя обязанной изображать те чувства, которых на самом деле не испытывала.
Впрочем, все внешние признаки траура были налицо — на мне были черная шляпка и платье, а на лицо я не нанесла ни румян, ни блеска для губ. Мне показалось, что этого вполне достаточно, для того чтобы не вызвать осуждения.
Поэтому в ответ на замечание дворецкого я покачала головой:
— Если мы хотим сохранить фабрику, то нам не следует откладывать дела на потом.
После возвращения из Сенфорда я еще не была на предприятии, а ведь мне нужно было обсудить с управляющим дополнение к договору, которое было подписано с универмагом «Клэридж». Именно этим я и занялась, как только приехала на фабрику.
— Значит, они готовы покупать у нас новые игрушки? — мне показалось, что мистер Харрисон был сильно удивлен.
— Именно так, сэр, — подтвердила я. — Поэтому нам нужно как можно быстрее подготовить новую партию для отправки в Сенфорд. Во время этого визита я не стала встречаться с другими нашими столичными покупателями, поскольку пока у нас еще не те объемы, чтобы мы могли распылаться. Но потребности самого крупного универмага мы должны постараться удовлетворить.
— Мы работаем на полную мощность, миледи, — сказал мистер Берч.
— Может быть, рассмотреть возможность работы в несколько смен? — предложила я. — Разумеется, за работу в ночное время должна быть доплата.
Мужчины переглянулись.
— Тогда нам на предпраздничный период придется нанять дополнительных рабочих, — с сомнением произнес мистер Харрисон. — А значит, потребуются дополнительные средства на выплату жалованья.
— Об этом не беспокойтесь, сэр. Сейчас самое ценное — это время. После праздников спрос на подарки упадет. Поэтому сделайте всё, чтобы обеспечить полную загрузку фабрики на ближайшие две недели. И давайте вернемся к вопросу доставки рабочих из города на нашем транспорте. Я видела в Сенфорде омнибусы на двадцать мест. Мне бы хотелось, чтобы фабрика приобрела такое транспортное средство. В первое время мы могли бы возить на нем хотя бы детей и стариков.
Мистер Харрисон нахмурился и, кажется, собирался возразить, но я не дала ему такой возможности.
— И еще, господа — в ночные смены температура воздуха на улице будет еще более низкой. Мы должны что-то придумать для обогрева цехов. Подумайте о дополнительных печах и системе вентиляции.
— Но это тоже расходы, миледи! — не удержался мистер Берч.
— Разумеется, сэр, — согласилась я. — Но более комфортные условия труда непременно приведут к увеличению производительности, так что прибыль, я надеюсь, возрастет. Буду ждать ваши предложения завтра утром.
Они удалились, не слишком довольные таким оборотом дела. А заглянувший в кабинет секретарь доложил о том, что прибыл герцог Шекли.
И когда его светлость вошел и расположился за столом напротив меня, он сказал:
— Простите, миледи, что осмелился потревожить вас. Признаться, я не ожидал, что вы будете на фабрике, и сначала заехал к вам домой.
В его тоне промелькнули укоризненные нотки, и я с трудом сдержала возмущение. Он не имел никакого права меня осуждать. Это вообще было не его дело!
И вместо того, чтобы сказать ему в ответ что-то ядовитое, я печально вздохнула:
— Находиться дома слишком тяжело, а работа хоть немного отвлекает меня от уныния.
Он кивнул:
— Да-да, я понимаю. Но всё же вам следует, ваша светлость, поручить управление фабрикой какому-нибудь опытному мужчине, а не заниматься этим самой.
Мне захотелось запустить в него пресс-папье, который придавливал лежавшие на столе документы. Этот мужской шовинизм меня уже порядком раздражал.
— Этой фабрикой до недавнего времени управлял как раз мужчина, — процедила я сквозь зубы. — И вы сами знаете, чем всё это обернулось. Это именно лорд Ларкинс едва не привел предприятие к банкротству.
— Но, возможно, ваш муж собирался что-то предпринять для улучшения ситуации? — предположил герцог, удивленный моей горячностью. — Не случайно же он отправился в столицу.
— Разумеется, не случайно, — согласилась я. — Он решил сбежать от долгов. И он прихватил с собой не только свои вещи, но еще и мои драгоценности, и драгоценности его любовницы. И не говорите мне, что он хотел продать их и уплатить долги! Он прекрасно знал, что вы — основной кредитор фабрики — находитесь сейчас не