— «Ну да, наверное, она слишком в глаза бросалась».
— А может, — сказала к командирского кресла Харухи, — время появления писем тоже было подсказкой? Того, что ты нас слушаешь?
— «Ну, может».
Цуруя-сан — человек щедрый, так что всё может быть.
— «Интереснее то, как вы поняли, что моя подружка из первого и второго эпизода — это та, кого вы называете Ти».
— Да меня ещё при прослушивании второго эпизода что-то смущало, — тут я достал распечатку второго эпизода. — Те строки, в которых ты говорила прямой речью.
— «Так вон чё».
Динамик залился смехом Цуруи-сан.
— Когда мы поняли, что третий эпизод происходил за границей, я подумал что и второй мог тоже иметь место за рубежом, поэтому мои сомнения прояснились.
Будто падающие домино, ассоциации приходили одна за другой.
— Для этого нужно знать, что искать. — Коидзуми выложил распечатку. — Есть шесть фраз, которые Цуруя-сан говорит как бы от имени няньки.
«Вы будто сошли с полотна импрессиониста, госпожа»
«Госпожа, госпожа, да что же это делается!»
«Что бы сказал ваш отец, если бы он вас сейчас увидел?»
«Если впереди ещё год, то любое расписание можно подстроить. Но вот что скажет ваш отец, когда эта история дойдёт до его ушей?»
«Может, вы желаете остановиться где-нибудь ещё, госпожа?»
«Тогда дальше едем согласно плану»
Раз уж Коидзуми снова вызвался быть докладчиком, я уселся обратно на свой складной стул. Мне показалось, что своего реванша ваш покорный слуга уже добился.
С едва заметной улыбкой Коидзуми мне слегка поклонился, и продолжил:
— До сих пор изменение тона Цуруи-сан на столько нехарактерно для неё вежливый я интерпретировал как то, что она и в самом деле так говорила вслух.
— Я думала, она просто так развлекалась, — вставила Харухи. — Вот и передразнивала няньку.
— Однако, мы оба были неправы. — Коидзуми взглянул на меня с уважением. — Фразы эти были сказаны на иностранном языке. Иными словами, во втором эпизоде все разговоры даны в переводе на японский.
— «Ну да, мы по-английски говорили!»
Коидзуми повернулся к Ти:
— Когда Цуруя-сан разговаривала с тобой по-английски, её слова звучали так же учтиво, как это передано во втором эпизоде?
Ти смахнула со лба чёлку, наконец-то освободившуюся от заколки:
— Ну да. Грамматик у неё правильный, и устойчивые выражения она использовать умеет. Разве что безударные гласные она проговаривает ту мач чётко.
— «Ха-ха, не так легко говорить как коренной носитель. Но я над этим работаю!»
С другой стороны, английский язык Ти был передан как совершенно нормальный японский. Разумеется, ведь для неё этот язык родной. В отличие от её японского языка, необычность которого, кажется, отражена в тексте выбором местоимения первого лица.
— Раз действие происходит вне Японии, то логично предположить, что и остальные персонажи не японцы.
— «Скажем, дело было где-то в Европе».
— Так что, когда во втором эпизоде было написано про «традиционные костюмы европейских крестьянок», подразумевалось, что они были вполне аутентичными.
— «Агась».
Некая европейская страна, в которой есть и виноделие, и купальни с горячими источниками под открытым небом. Мне казалось, что такое место могло быть где-то в районе Франции-Германии.
Коидзуми смотрел на телефон Ти:
— Тогда и первый эпизод мог происходить за границей — где-то в более северных широтах, нежели Япония.
Тут высказалась Харухи:
— Я сама думала насчёт начала первого эпизода, где про вид из окна было сказано «Может, ночью он получше, но сейчас-то солнце вовсю светит». А почему подобное мероприятие устраивают так рано вечером? Разве надо не ближе к ужину? Но вот если в этой стране бывают короткие ночи, то всё сходится.
— А в последней сцене Цуруя-сан говорит: «Тут лежишь в темноте — трудно сну сопротивляться». Не потому ли ты заснула под кроватью, что не привыкла к разнице во времени с Японией?
— «Может быть. Дело так давно было, что я уже и не помню-то».
По голосу Цуруи-сан было легко представить выражение её лица.
— «Но этого ведь недостаточно, чтобы догадаться, кто была моей подружкой?»
— Ключ к этой загадке нашёлся в третьем эпизоде, — не задумываясь ответил Коидзуми, будто ждавший этого вопроса. — Если подругой всё время была Сёко-сан, то почему её имя появилось только в последнем эпизоде?
— «В смысле?»
— Зачем тебе пришлось бы скрывать имя подруги в первых двух эпизодах, если в третьем ты его всё равно сообщаешь? Наоборот, ты бы использовала её японское имя, чтобы ввести нас в заблуждение насчёт того, происходит ли действие за границей.
Он взял стопку распечаток.
— О том, что подруга из первых двух эпизодов является одним и тем же человеком, однозначно указано в теле письма ко второму эпизоду: «С той девчонкой из прошлого письма мы потом часто виделись, вот и тогда наши родители нас опять вывезли: на этот раз на горячие источники».
— «Хм-хм».
— Как мы можем установить личность этой девушки? — Коидзуми водил пальцами по листу бумаги. — В третьем эпизоде прямо говорится: «Есть одна наша общая знакомая, но я слышала, её сегодня не будет. Хоть её семейство тоже связано с этим проектом, от сегодняшнего банкета она как-то умудрилась отвертеться.»
Харухи посмотрела на Ти:
— Так Цуруя-сан нам неявно сообщает, что предыдущей подружки на мероприятии нет. Конечно, нет, она же находится здесь, у нас.
Кстати, а почему тебя там не было? Это же деловое мероприятие вашего семейства?
Ти набрала в грудь воздух и с гордостью заявила:
— Я же студент по обмену! Приехала учиться из другой страны. Мне нельзя отвлекаться. Я не могу пропускать школу из-за какого-то занудного банкета.
А ведь её семейство не менее богатое, чем Цуруи-сан. Но по ней этого совершенно не скажешь. Может, из-за её манеры речи. А может, Цуруя-сан научила её как себя вести.
— Давайте перечислим факты, позволившие нам установить твою личность.
Коидзуми снова взял маркер и вернулся к своей доске.
Там он набросал следующие утверждения:
— Эпизоды 1 и 2 происходят за границей.
— Подруга из эпизодов 1 и 2 — не Сёко.
— Подруга из Эпизода 1 и 2 — иностранка (скорее всего).
— Подруга и Цуруя-сан близки.
— Ти-сан