Тропа вела на юг. Я шёл по направлению, отмеченному на карте.
Ни расстояния, ни координат — только ощущение, будто храм сам зовёт.
С каждым шагом напряжение спадало, уступая месту холодной сосредоточенности.
Тело слушалось, доспех подстраивался под движение.
Меч — лёгкий.
Арбалет — надёжный.
И самое главное — средоточия.
<24-й уровень.>
<Средоточие стабилизировано.>
<Энергия распределена.>
Я чувствовал, как сила тихо струится по венам, не рвётся наружу, но ждёт сигнала.
Я стал сильнее, чем те топтуны.
Быстрее, выносливее.
И, возможно, умнее.
Но лес… лес был другим.
Он не скрипел. Он не шелестел.
Он всматривался.
Не всё здесь будет решаться силой.
Но если придётся — я готов.
Я углубился дальше, туда, где деревья уже сгибались над тропой, словно стараясь что-то спрятать.
А земля стала мягкой, влажной — и хранила следы тех, кто шёл до меня.
Не все из них вернулись.
Они появились почти беззвучно — из тени, будто сами выросли из древесной плесени и мха.
Трое.
Те же, что встречались мне у деревни — молчуны.
Высокие, вытянутые, с маскообразными лицами без черт, как вылепленные из старого воска.
Движения плавные, но внутри — враждебность.
Никаких звуков. Только давящее настояние, что навалилось на меня уже с первых шагов.
Психоудар.
Попытка сломать волю.
Когда-то, в самом начале, это было… непреодолимо.
Теперь — словно лёгкий туман на стекле.
Я провёл ладонью по виску, стирая наваждение, как дождь с капота.
— Поздно, — сказал я себе. — Вы уже опоздали.
Один из них рванулся вперёд, оставляя за собой рябь в воздухе.
Я шагнул в сторону, арбалет вскинулся сам собой —
щёлк, выстрел. Болт впился под ключицу, глубоко, с хрустом.
Молчун отшатнулся, но не упал. Второй уже обходил с тыла.
Я вытащил кинжал — и развернулся, вонзая его в щель между рёбер.
Бой был быстрым.
И уверенным.
Не победа — работа.
Молчуны лежали у моих ног, их тела испарялись с тихим шипением, но внутри оставалось главное.
Я опустился на колени. Осторожно.
Рука вошла в грудную клетку первого — словно в мягкую глину.
Там, глубоко, светилось ядро.
— Первый порядок, — пробормотал я.
Ядро дрогнуло в моей ладони, перед тем как я опустил его в мешок. Затем — второе. Третье.
Все слабее, чем мне нужно. Но…
Это валюта.
В любом мире. В любой гильдии. Даже в гильдии богов.
Я затянул шнурок на мешке и поднялся.
В бою я не дрогнул.
Давление не прошло. Оно просто… стало неважным.
Я был другим.
И лес, похоже, это почувствовал.
Теперь он не пытался испугать — он вслушивался.
Я пошёл дальше.
Я заметил её с холма — деревню, или то, что от неё осталось.
Полуразвалившиеся дома, крыши покрыты мхом, балки прогнили, словно стояли здесь века. Сквозь сорванные ставни прорастали ветви, окна зияли чёрными провалами, будто смотрели на меня.
В легендах говорилось: храмы не строились в изоляции.
Люди всегда жили рядом. Молились, прислуживали, оберегали.
Теперь же — только мертвая тишина.
Я спустился осторожно. Шаги по гнилым доскам казались слишком громкими.
Рука легла на рукоять меча, и я отпустил дыхание.
Не один.
Я чувствовал это — чужое присутствие, тягучее, хищное.
Оно не бросалось в глаза, не выдавало себя звуком или движением, но воздух... он был неправильным.
Я остановился у покосившегося колодца. Рядом — три тела.
Старые, почти рассыпавшиеся.
Одежда исчезла, остались лишь остатки кости, и... след.
Длинные, глубокие царапины по камню, словно кто-то проволок когтистую лапу.
Царапины шли от тела — и обрывались.
Он утащил их.
Я поднял глаза.
На втором этаже одного из домов — мелькнул силуэт.
Не молчун. Не человек.
Слишком высокий. Слишком изогнутый.
Тварь сильнее.
Возможно — один из тех, что когда-то были служителями.
Мой палец сам собой лег на спусковой крючок арбалета, но я не стрелял.
Нет, не так. Он хотел, чтобы я выстрелил.
Я шагнул назад, прижавшись к стене, и замер.
— Ладно, — шепнул я. — Играть так — играем так.
Существо не напало. Оно следило.
Я двинулся дальше, стараясь не смотреть в окна. Пусть считает, что я не заметил.
Но внутри я уже знал:
Я вхожу в зону храма.
Это был страж.
И следующее наше столкновение — будет насмерть.
Я почувствовал границу кожей.
Не магия. Не барьер. Просто…
мир изменился.
Трава стала тише. Воздух — плотнее. Деревья — неподвижнее, будто и сами затаили дыхание.
Я сделал ещё шаг — и тень сорвалась с крыши разрушенного дома.
Он летел на меня беззвучно, как копьё, брошенное из прошлого.
Монстр.
Высокий, искривлённый. Обтянутый серой кожей, будто натянутой на кости.
Маска с чертами зверя, и отголоски человеческого лица — остатки служителя.
Я рухнул в сторону, перекатом уходя из зоны удара, и в тот же миг арбалет рванулся вперёд.
Болт врезался в плечо твари — и не пробил.
— Твою же...
Он оказался быстрее, чем казался.
Меч вылетел из ножен, встретив удар когтей, и отбросил их в сторону.
Жестокая сила. Бешеное давление.
Мы кружили по развалинам, и каждый мой промах стоил мне боли.
Когти прочертили щеку.
Удар в рёбра сбил дыхание.
Но с каждым движением я изучал его. С каждым взмахом — искал щель.
Он был силён.
Но я уже был другим.
Когда меч вошёл в основание черепа, мы оба рухнули.
Я сверху. Он — мёртвый.
Подо мной расползалось тепло, не кровь — энергия.
Тело дрожало от усталости.
Руки болели. Доспех был потрёпан.
Но в груди билось ядро, пульсировало изнутри, словно призыв.
— Второй порядок, — выдохнул я, вытаскивая трофей. — Ты был достойным ублюдком.
Я не стал использовать его здесь.
Вернулся в деревню. Тихо. Быстро.
И лишь когда закрыл за собой старую дверь, опустился на пол и достал ядро, я позволил себе вдохнуть глубоко.
Энергия вошла в меня легко.
<25-й уровень средоточия…>
Вы преодолели первый порог.
<До следующего уровня: 1 ядро второго порядка.>
<В течение следующих суток тело, разум и дух будут адаптированы под новые возможности.>
Я замер, чувствуя, как волна силы пронизывает до костей.
Пальцы задвигались быстрее.
Мысли стали глубже, яснее.
Тело — словно точная, холодная машина.
— Первый порог… — пробормотал я.
— Что же будет на втором?
Я знал, что тело должно адаптироваться. Знал, что нужно хотя бы сутки покоя.
Но…
мир не даёт отсрочек.
И я не собирался сидеть в гниющей деревне, пока внутри бушует сила, требующая