Ее мальчик. Дар Небес. Тот, кому предсказано стать величайшим императором.
Ради него она превратила собственную жизнь в кошмар. Ради него готова была пожертвовать всем: лишь бы жил.
Когда ее мальчик взойдет на престол, она вернет себе то, что потеряла: власть, богатство и расположение двора. У нее снова будут теплые покои, вкусная еда, прекрасная одежда, множество украшений, гарем будет подчиняться лишь ей – матери императора. А те, кто остался верен ей, будут щедро вознаграждены.
Так и должно было быть. Так и будет. Если бы не девчонка!
И она снова, в сотый раз, воссоздала в памяти ту знаменательную встречу.
О монахе, которому Небеса открывают будущее, ей рассказала первая жена отца. Она не поверила, но не отказалась посетить храм и попросить даровать предсказание. Лет ей тогда было немного – едва невестой стала. При встрече сидящий на циновке монах мельком глянул на нее, махнул служке, прошептал что-то ему на ухо, и мальчик вручил ей простенький рисунок с двумя фениксами, летящими позади дракона.
Истинное его значение она поняла, лишь получив приглашение во дворец на отбор.
Когда заподозрила беременность, то первым делом отправилась в тот самый храм.
– Ваш сын будет рожден под звездой императора, – повторил монах, когда она, не веря ушам, переспросила.
Сын! Еще и с судьбой правителя! О таком она, вторая жена, еще и нелюбимая, по крохам собирающая внимание императора, и мечтать не могла. И она с благодарностью преклонила колени перед Буддой, зажигая палочку благовоний.
– Но есть та, которая может все изменить, – прозвучало оглушающим приговором.
– Кто? – спросила, облизывая пересохшие губы.
– Я вижу принцессу трех лет. Ее судьба перечеркнет его и погасит звезду.
Дочь ненавистной первой жены убьет ее драгоценного мальчика? И она испуганно положила руку на все еще плоский живот.
Нет! Внутри волной взметнулась ярость. Не бывать этому! Девчонка должна умереть и проще будет убить ее, пока она еще маленькая.
И ей почти удалось это, но та, вечная соперница, что-то заподозрила. Начала прятать девчонку. Приставила больше людей.
И тогда она обратилась к тому, чему тайком учила ее няня: немного крови, чуть—чуть боли, волос, игрушка девчонки, игла, пламя свечи и собственный горячий шепот.
Первая императрица и тут смогла защитить дочь – отдав жизнь за защиту феникса. Еще и выслала с верным человеком из дворца.
Она бы достала принцессу, отправив верных людей ее убить, но глава ордена уговорил отдать девчонку ему. И она согласилась. Не важно, где та будет – главное, подальше от ее мальчика. Да и жить девчонке оставалось не так уж и долго.
Только Чэнь Цзянь ее подвел. Умер сам, а девчонка вернулась во дворец.
– Госпожа, зачем вы себя так мучаете! – простонала придворная дама, со страхом отодвигаясь от сферы. В комнате потемнело, единственный фонарь потускнел. Казалось, тьма из шара уже везде, и женщина зябко поежилась.
– Так надо, – отрезала бывшая императрица. – Он сегодня чуть не погиб, спасая ее! Мой мальчик, – и она задохнулась от ужаса при мысли, что второй принц мог пострадать. И все из-за этой девчонки! Зачем только демоны привели ее обратно во дворец?!
– Это знак Небес, – забормотала она лихорадочно, в глазах поселился сумасшедший блеск, распущенные волосы и бледное лицо придавали ей жутковатый вид призрака. – Если я не потороплюсь, принцесса погасит его звезду, и мой мальчик умрет. Но первая жена подсказала выход. Я отдам свою жизнь за него. Против смертельного проклятия ей точно не устоять. Сегодня она умрет, – и комнату наполнил сухой, безумный смех.
– Ваше величество, отец, что с ней? – с тревогой спросил вбежавший в покои наследный принц. Отдавший приказ прислать лекаря император растеряно развел руками.
– Может, переутомилась? День у моей дочери был сложный, – предположил он с надеждой, но девушка в этот момент выгнулась и страшно захрипела.
Вошедший следом князь бросился к ней с тревожным восклицанием.
– Да пустите меня, наконец, тупицы! – раздалось требовательное от входа, и духи—охранители дружно зашипели в ту сторону, нервно задергав хвостами.
Император глянул туда, поморщился.
– Так и не отмыли? – спросил он недовольно у сына.
– Моя вина, отец, – признал тот, наклонившись над сестрой и подкладывая ей под голову снятый с себя ханьфу, – мы решили дождаться Юэ Юэ.
– Пустить, – обреченно махнул Ханьлин, и в зал, сопровождаемый облаком вони, ворвался страж принцессы.
Добежал до Линь Юэ, застыл, выставив вперед руку.
– Это не просто недомогание, – произнес он, резко побледнев и притягивая взгляды всех в зале. – Проклятие. Причем смертельное. Кто-то прямо сейчас связывает свою жизнь с Линь Юэ так, чтобы смерть забрала обоих.
– Ты лжешь! – не выдержав, сорвался Вэньчэн. – Скажи, что это неправда! – подскочил он к духу, ухватил за грудки, встряхнул с такой силой, так что у Ло клацнули зубы. Потом заглянул стражу в глаза, прочитал там ответ и пробормотал с болью:
– Она не может умереть. Не может бросить меня снова. Мы только встретились. Я еще не успел подарить ей фонарики. Не успел показать, как красиво цветут сливы в императорском саду.
Мрачный, как туча, князь утешающе положил ему руку на плечо.
– Отпусти его и успокойся, мы что-нибудь придумаем.
Принц отшатнулся от духа, мазнул рукавом по глазам, вернулся к сестре. Дрожащей рукой коснулся ледяного на ощупь лба, всхлипнул, закрывая ладонями лицо.
– Она такая холодная, – простонал он, и Тяньцзи поспешно скинул свой ханьфу, накрывая им принцессу.
– Да, что тут можно придумать! – кусая от досады губы, со злостью бросил Ло. – Такие проклятия даже нам, духам, не под силу разорвать. Темная сила, вскормленная кровью. И вскормленная давно. Тянет так, аж тошно становится.
– А если я поделюсь силой? – раздалось от трона. Все трое обернулись к правителю, а тот снял с пальца один из перстней, бросил стражу. Дух ловко поймал, зажал в ладони, прислушался к чему-то и удивленно вскинул брови.
– Это же… – начал было ошарашено, но правитель оборвал его взмахом руки.
– Повелеваем использовать артефакт для спасения дочери. Я многое ей задолжал, – произнес он вымученно, с болью отводя взгляд от лежащей на полу принцессы.
– Ты сможешь? – с надеждой глянул на стража Вэньчэн.
– С этим? – Ло подбросил перстень в воздухе – и камень завораживающе сверкнул алой искрой силы. – Полгорода стереть могу, – пообещал он, не отводя от него восхищенного взгляда. Багряный блеск камня отразился язычками пламени в его зрачках.
Император кашлянул, и Ло, очнувшись, поспешно убрал кольцо в поясной кошель.
– Шанс есть, пока тварь жива, – он предвкушающе оскалился.
– Я сам, – опередил Тяньцзи бросившегося было к сестре принца. Поднял девушку