— Не бойтесь, портье знает. Я тут по полицейской надобности. Так вы… Пропустите?
Грег нехотя шире открыл дверь и пропустил в стандартный номер: гостиная и закрытая сейчас спальня. В гостиной обычная мебель — пара кресел, диван, рабочий стол, на котором лежали в полуразобранном виде два револьвера. И столбики пуль — только этого не хватало!
Грег, вставая между дверью в спальню и Вик, словно она его совращать собралась, тихо сказал:
— Это не то, что вы подумали…
Вик робкой улыбнулась — а уж как она надеялась, что это не то, что она подумала! Она огляделась, пытаясь заметить признаки смятения или депрессии у Грега. Он был одет для столь позднего утра неприлично — только брюки и сорочка, зато гладко выбрит и причесан — не похож на человека, готового покончить с этой жизнью. В воздухе витал запах горелой бумаги, оружейной смазки и неуловимый, чем-то знакомый сладковатый аромат — слишком женский, чтобы принадлежать Грегу. В подставке для зонтов, кроме длинного мужского, стоял кружевной зонтик. Вряд ли Грег пользовался этим изящным серо-голубым парасолем. Гмм, тогда понятно, почему он так самоотверженно перекрыл вход в спальню. Неудобно-то как получилось… И портье не предупредил, что тут немного… Совсем неприличное происходит.
Грег мрачно проследил взгляд Вик и снова повторил:
— И это не то, что вы подумали, Виктория.
— Я пришла по служебному делу… — сказала она немного растерянно — кто та таинственная гостья, которую Грег прятал в спальне, она не знала. И что он там делал в спальне с ней, она тем более знать не хотела. Только вот поговорить откровенно не получится: третий для такого разговора — лишний.
— Присядете? — Грег все же вспомнил о правилах приличия.
Она качнула головой — отсюда надо срочно уходить.
— Нет, спасибо. Я всего на пару минут… Не хочу вас отвлекать…
Он стоически заметил:
— Вик… Виктория, слово чести, это не то, что вы подумали. И говорить можете смело — дальше вас и меня этот разговор не уйдет.
— Хорошо. Тогда… — она собралась с духом и сказала: — констебли выкупают все номера «Искры Олфинбурга».
Он кивнул:
— Я рад за Брока — он такого не заслужил.
Вик скривилась:
— Это делается и ради вас, Грег.
Он молча склонил голову, показывая свою признательность. Вик вспомнила про спальню и принялась рассказывать дальше:
— Нер Аранда добровольно пришел в полицию. Он арестован. Вас интересует его допрос или нет? Могу позже прислать вам распечатку…
— Нет, спасибо. — Грег задумался, что-то решая для себя: — Нера Зола пришла вместе с мужем?
— Нет, её поиски организовали. Алистер… Простите, сержант Арбогаст собирается с экспертами на обыск дома Аранды.
— Пожалуй, я направлюсь туда — подстрахую полицейских: бокоры непредсказуемы, и кто знает, какие ловушки могут быть в доме.
— Попросить паробус с экспертами задержаться, чтобы вы успели добраться до управления?
— Нет, спасибо, я доберусь до Золотых островов сам. Что-то еще?
— Еще… — глаза Вик задержались на револьверах.
Грег старательно мягко, что совсем не вязалось с его образом, сложившимся у Вик, сказал:
— Виктория, прошу, каплю веры — я пока не закончил расследование. Мне важно найти эмпатическое оружие. Я не совершу глупостей, обещаю. Просто постарайтесь предупредить доброхотов-бомбистов, чтобы не трогали мой паромобиль. Если я и взорвусь, то не сам. Не по собственной глупости. Кстати, я тут думал…
Вик от такой откровенности разговора засмущалась и переложила свою сумочку из одной руки в другую. Взгляд Грега заинтересованно замер на её левой ладони, где красовалась татуировка, созданная Брендоном. Настало время Вик оправдываться:
— Это не то, что вы подумали. Это защита. Это просто защита от Душителя. Брендон подарил. Надеюсь, что со временем она сойдет.
Грег задумчиво кивнул — было видно, что он что-то судорожно пытался сообразить:
— Понятно… Я тут подумал… — он с трудом вспомнил, о чем говорил: — об эмпатическом оружии… Гордон не расставался лишь с одной вещью, похожей на оружие.
Вик вздрогнула, тоже понимая:
— Фиксатор? Вы думаете, что все дело в фиксаторе? Но он же был всегда на виду. Он был обычный… Ничем не отличался от стандартной модели.
— Но мы не знаем, что было внутри. Да и снаружи на фиксаторе была затейливая гравировка.
Вик согласно кивнула:
— Хорошая версия, потому что я подумывала, что это что-то вроде револьвера — хранилось в кобуре не привлекая внимания. Только оружие особо не вытащишь — всегда должна быть веская причина. А фиксатор — он всегда под рукой. М-да.
Перед глазами вновь возникли проклятые дирижабли, плывущие в небесах. Вик сжала губы и все же сказала — она вспомнила кому принадлежал легкий сладковатый аромат:
— Если случайно… Если так получится, что пересечетесь с лерой Клер…
Грег старательно держал лицо. Ни мускул не дрогнул — вот же выдержка!
— …передайте ей, что нападение дирижаблей с эмпатическим оружием вот-вот состоится.
— Я передам ей. Если встречусь, конечно же. — уклончиво проговорил мужчина. — Что-то еще, нера Виктория?
— Ничего… Просто… Не совершите глупостей, Грег.
— Это вы про…
Она пояснила, указывая рукой и на стол, и на подставку для зонтов:
— Я про все сразу.
— Я буду очень стараться.
— Тогда, я, пожалуй, удалюсь. Провожать не надо. Удачи, Грег.
— Удачи, Виктория. — он перестал подпирать дверь спальни и пошел открывать дверь. — Я не сказал, но вы очаровательно выглядите — вам очень идет ваша новая прическа.
* * *
Грег открыл дверь — Лиз серой тихой мышкой сидела в единственном в спальне кресле.
Она подняла на него глаза:
— Я все поняла. Я больше не буду являться в номера к мужчинам и портить репутацию…
— Я разве так сказал? — удивленно спросил Грег, подавая ей руку и помогая встать. Хотелось поцеловать изящное запястье, спрятанное в кипени кружева, но вот не для спальни такие поцелуи, совсем не для спальни.
Лиз улыбнулась:
— Не сказал, но точно подумал. И я слышала про дирижабли — я передам адеру Дрейку в ближайшее же время. Сама в Вернию не вернусь — я сполна отдала долг стране. — она посмотрела Грегу в глаза и тихо сказала: — пожалуй, я пойду, а то решат, что ты тут распутничаешь в такой момент…
— Лиз, если чуть-чуть подождешь, то я оденусь и провожу тебя — мне так будет спокойнее.
Она вновь шагнула к нему, обнимая и прижимаясь к его груди:
— Хорошо.
* * *
Зола понимала, что у неё для спасения есть всего четверть часа, не больше — пока паромобиль добирается из центра города до Золотых островов. Из лап Джеральда ей уже не