Единственное, что не вписывалось в его размышления, — так это зачем демон отправился уничтожать культ Ллос. Тоже сущности недобрые, и обычно такие культисты сливаются в своём безумии в одну кривую и мерзкую структуру.
А после этой битвы, увидев двух дроу и это копьё, явно демонического происхождения, ведь шрам болел просто при взгляде на него, Гарций полностью уверился в мысли, что с утра он говорил не с каким-то эльфом, а с довольно сильным демоном, причём достаточно разумным, чтобы до времени не показывать себя настоящего.
— Орстед…
— Что, снова задаёшься вечными вопросами?
— Это какими? — хмыкнул инквизитор.
— «Кто виноват?» и «Что делать?» — самодовольно кивнул волшебник.
— Да… Тут ты прав. Кто виноват в призыве демона, я догадываюсь, это дроу. А вот что с этим делать… Вопрос пока мне непонятный.
— Да ясен хер что. Идём к моему учителю, рассказываем всё, что нарыли. Идём в тайную канцелярию, рассказываем там всё, что нарыли. Технически, поручение с культистами мы уже выполнили. Все их лежки сожжены, литература изъята, члены культов казнены на кострах.
— Мудрейший… — Гарций поморщился. — Ты знаешь, что мы с ним как дракон с фениксом. Друг друга готовы прирезать, и только территориальность не даёт нам это совершить в явной форме.
— Да ладно тебе, — хохотнул Орстед. — Не драматизируй, вы всегда находили язык, если речь шла о порче варпа.
— Ага. Только я хотел сжечь нахер все материалы, а он — исследовать и запереть в своём архиве.
— Я не буду выбирать сторону в этом бесполезном споре, — открестился волшебник, дипломатично поднимая руки.
— Ну да, ну да. Между непосредственным начальником и учителем не выбирают, — с пониманием покачал головой Гарций. — Ладно, отдыхай, эту ночь дежурю я, всё равно нормально уснуть не смогу.
— Ага, давай.
Как только заснули спутники, Гарций почувствовал опасность. Развернувшись на носках, он увидел нечто. В тени его очертания толком не разобрать, отчётливо видны были лишь широкополая шляпа и пальто грязно-песочного цвета.
Инквизитор попытался закричать, но в один пас существа вопль опасности затух, не успев распасться. Существо поднесло забинтованный палец к своей безликой голове, и Гарций отчётливо понял, что взгляд этого нечто вперился в него. Будь у безликого рот, этот жест ясно можно было интерпретировать как «тихо».
Пару часов существа образовали кокон вокруг Орстеда, и на глаз Гарция тот будто бы ускорился, как если бы запись сна его товарища прокрутили на сверхвысокой скорости.
Как только Гарций отвёл взгляд от товарища, твари и след простыл.
Заклинание бесследно развеялось, а его товарищ встал, зевая, будто бы выспавшись, хотя заснул едва ли пару минут назад.
— Ась? Чего случилось? — беспечно поинтересовался маг.
— Нет… Ничего. Ты как, восстановился?
— А? Да. Буди остальных, сейчас читать заклинание буду.
Растолкав Ганса и подняв на руки всё ещё ослабленную и бессознательную Берту, он подошёл к Орстеду.
Вспышка магии унесла отряд аккурат за несколько минут до того, как на них наткнулись рейнджеры эльфов.
**Деревня эльфов, утро следующего дня.**
— В общем, никого не нашли, только пустой лагерь с приконченными расходниками. Ещё я нашла там какую-то странную магию преобразования, но ничего более, скорее всего, последствия телепортации, — отчиталась Ариэль.
— Вот сукины дети… Ладно, чёрт с ними. Есть ли у нас караваны в деревне? Если есть, то надо распустить слухи пообширнее, если уже есть слухи, то надо прибавить к ним как можно больше подробностей, очерняющих этого инквизитора и в принципе силы Империи. Они послужат нам как отличная основа для сплочения народа аэльдар против людей.
— Сделаю, господин, — поклонилась эльфийка.
— Свободна, но приходи вечером, будет тебе награда, — похабно улыбнулся инкуб.
— Обязательно.
Люпин сидел в кабинете при храме, его дом спалили так, что жить там банально неприятно. Двух дроу приютил Каэларин, а Зеларион спелся с Равеем и сказал, что раз не получилось остановиться у Люпина, то он пойдёт к своему второму другу. Поэтому сейчас так получилось, что он и Миратиэль живут в кельях при храме. Мягко говоря, не совсем рассчитанных на длительное проживание, но терпимо. Миратиэль, в общем-то, всё равно, лишь бы её господин по голове гладил, а остальное не так важно.
Да, печально, что она стала первой жертвой. Будь в его мозгах чуть больше навыков, он вполне мог бы сохранить куда больше её разума и души, но чего не было, того не было.
Зато её верность встроена как базовая установка психики, и она физически не сможет без этого жить… Хотя, скорее, существовать, да, пожалуй, так, вряд ли можно назвать жизнью полную одержимость демоном.
— А я бы с твоей колокольни обратил внимание на более мощные заклинания. Думаю, в нагорье без них тебя сожрут быстро, даже копьё призвать не успеешь, — дракон вмешался в ход мыслей инкуба, от чего тот поморщился.
— Слушай, ну вот не нуди, а? Некогда мне, да и секс с эльфийкой даёт куда больше мощи.
— Дурная мощь всё равно что сила в займы. Бесполезно потратится и для восполнения нужно огромное время. Естественный резерв чародея же стабилен, всегда при себе и никогда никуда не денется.
— Хорошо. Я подумаю, обязательно. Ещё и тех демонов из артефактов растрясти нужно. На предмет важных сведений, да и просто потрясти…
— Ну… Так-то в них ничего интересного… — протянул дракон.
— Так… То есть ты о них что-то знаешь?
— А твоё дело закончено. Наш контракт обязывает тебя воскресить меня, и там уже договоримся отдельно, — ехидно рыкнул Тенебрис.
— Ох… Ладно, ладно. Будет тебе тело. Как можно скорее. Сердце, я, кажется, уже нашёл.
— У дуры яйцо попроси. Ей потомство на данном этапе в страшных снах снится.
— А… А так можно?
— Да.
Через несколько часов прибежал гонец из подземья. Последние города дроу пали, воинство идёт на поверхность с трофеями и тоннами золота.
Люпин понял, под что его подписали, только сейчас. Куча нервотрёпки, куча новых и новых проблем, решений, дел, что нужно сделать сейчас, распределить ресурсы труда, времени и места. Организовать всё это чудо нужно как можно быстрее и правильнее.
Если бы инкуб мог поседеть, то, наверное, на его