"На выходе, кто с жалобой, кто с просьбой,
Все говорЯт, не разберешь порЯдком".Этот стих – неверны ударения. Как-нибудь изменить, например:
"Кричат, галдят, не поймешь порядком"."А здесь я рад их видеть.
Годунов. Государь, царь,Тебе их вздорных жалоб не избыть".
Чтобы сохранить комизм (хотя бы и значительно более грубый) сцены с медведем и хоть немного заменить Варлаама и Дионисия, я бы поставил двух бояр (советники), каждому по 150 лет (вроде членов государственного совета). Их водят от старости за руки, они подслеповаты. Когда Федор, говоря о медведе, навалится на такую руину, может быть, что-нибудь и останется; если же всю эту сцену проделать с боярином-статистом, все пропадет 9.Конец 3-й картины с выборными – не понял по Вашему письму и ничего не могу сказать теперь.
Вместо (увы!) вымаранных слов: "Даже в пот меня он бросил, посмотри, Арина",- ничего не остается, как сделать паузу, во время которой Федор утирался бы и отдувался (или Арина его утирала? можно?).Согласен с Вами, что "Царь всея Руси, Федор Иоаннович, прости"… – можно сказать даже еще нецензурнее, чем у Толстого.
Остальные вычерки или непоправимы, или незначительны.Я решительно отказываюсь понимать: кто вычеркивал пьесу – столько глупостей и неожиданностей10.
Оркестр меня очень сильно волнует, и я радуюсь, что этот вопрос скоро разрешится. Боюсь, не опоздали ли мы с набором музыкантов. Пожалуй, никого и не найдешь. По этому поводу мне приходили две мысли. В случае если музыкантов нет, не брать ли наемных учеников Филармонии и, второе, нет ли у Литвинова в оркестре полулюбителей, полумузыкантов, свободных хотя бы с 4, 5 часов, как наши статисты? 84 рубля за партитуру – это недорого. Прикажите Лангеру переписать ноты из "Царя Федора"11 (я их передал Вам) в двух экземплярах. Один – исполнителю, а другой – в архив. Кроме того, эти ноты надо переписать по голосам.Что до меня, то я поздравляю Судьбинина с такой женой, а Вас – с ее приездом.
Не знаю и не слыхал ничего о Тарасове, но ужасно рад ему, потому что он высок и с басом. Со 150 рублей на 60 рублей – это похвально. Меня волнуют Щукин и Мошнин! 12 Есть ли надежда, что театр будет приличен? Меня волнует и занавес. Мне не придется им заняться, пожалуй, не успею. Кому поручить поискать в Москве эффектных и дешевых материй для этого занавеса? Я бы сделал занавес или сплошной из одной хорошей материи с каким-нибудь кантом понизу, или, если такой дешевой материи нет, то что-нибудь в этом роде, чтобы сократить количество дорогой материи:Больше всего меня беспокоит портниха. Где ее добыть – честную и порядочную? Например: я привезу много начатых вышивок для "Федора" (жена не может сделать всего, поэтому она только начинает, для того чтобы дать образец и чтобы по этому начатому образцу кто-нибудь кончал). Вещей будет много. Кто заправит это дело?… Без портнихи трудно – кто присмотрит и сбережет костюмы от губительной руки костюмеров? Кто сохранит в целости музейные вещи и другие хорошие костюмы – Мария Петровна Григорьева?13 Не поспеет, да и мало она опытна, хотя очень старательна.
Больше писать нельзя, лошади уезжают. Жена шлет Вам свой поклон. Не откажитесь передать Екатерине Николаевне мой низкий поклон и поздравление с приездом.
Уважающий Вас и преданный
К. Алексеев
Вы пишете о харьковской поездке в апреле. Имейте в виду, что постом необходимо отдохнуть. Все устанут после трудного первого сезона. Гастроли начинать не ранее пасхи.60. Вл. И. Немировичу-Данченко
10 сент. 9810 сентября 1898
Андреевка, Харьковской губ.
Многоуважаемый Владимир Иванович!
Проглотил Ваши письма с большой жадностью и спешу тысячу раз поблагодарить Вас за них1. Итак, Вы на зимней квартире. Поздравляю Вас и всех артистов с временным новосельем в Охотничьем клубе. Охотники, чтоб им пусто было, не очень-то гостеприимно нас принимают. Скажите, какие нежности: нельзя в карты играть. Вот предлог, чтобы их лишить всех пьес с народными сценами.Повторяю: я сам не пойму, хороша или никуда не годна планировка "Чайки". Я понимаю пока только, что пьеса талантлива, интересна, но с какого конца к ней подходить – не знаю. Подошел наобум, поэтому делайте с планировкой что хотите2. Вместе с этим письмом отсылаю и четвертый акт. Ваше замечание о том, чтобы в первом акте, во время представления пьесы Треплева, второстепенные роли не убивали главных, я понимаю вполне и соглашаюсь с ним. Вопрос, как этого достигнуть… Я по своей привычке раскрыл каждому действующему лицу более широкий рисунок роли. Когда актеры им овладевают, я начинаю стушевывать ненужное и выделять более важное. Я поступал так потому, что всегда боялся, что актеры зададутся слишком мелким, неинтересным рисунком, а ведь по такой канве всегда выходят кукольные банальные фигурки.
Представьте, что я поместил лягушек во время сцены представления исключительно для полной тишины3. Ведь театральная тишина выражается не молчанием, а звуками. Если не наполнять тишину звуками, нельзя достигнуть иллюзии. Почему? – Потому что кулисы (мастера, незваные посетители кулис и пр.), сама публика в зале шумят и нарушают настроение сцены. Вспомните, например, финал первого акта "Колокола". Мне казалось, что тишина природы там передана… а сколько звуков!… Ведь пять человек в разных местах сцены – свистят, пыхтят и дуют в разные птичьи инструменты. Избрал я лягушку отчасти потому, что у меня есть машинка, которая удачно копирует этот звук, потом почему-то кажется мне, что монолог, обращенный к зверям, на фоне крика живого существа произведет большее впечатление. Может быть, это и ошибочно. Если Вы переделывали свой план из деликатности, чтобы не менять моего, это жаль. Надо было бы сравнить, какой лучше4? По крайней мере я надеюсь, что Вы во мне не предполагаете присутствия мелкого режиссерского или тем более актерского самолюбия. В данной же пьесе – Вам карты в руки. Конечно, Вы знаете и чувствуете Чехова лучше и сильнее, чем я.Если Фессинг и Снигирев будут играть у нас (это приятно), следует возобновить "Ольгушку" для клуба5. А Мадаев? Я изъявлял уже свою радость по поводу приглашения Тарасова…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});